Розенбаум отпраздновал 75-летие концертом в Петербурге

13 сентября Александру Розенбауму исполнилось 75 лет. Свой юбилей народный артист решил отметить в Петербурге, где прошла вся его жизнь, — на сцене большого концертного зала «Октябрьский». «Еще не целое. Уже не половина», — с иронией говорит бард о своем возрасте, и в этих словах — умение и шутить, и говорить о главном.

Розенбаум родился в Ленинграде в 1951 году в семье врачей. В 1974-м окончил Первый медицинский институт, несколько лет работал врачом скорой помощи, но затем выбрал эстраду. Первые песни начал писать еще в институте — для капустников и студенческих спектаклей. Широкую известность ему принесли композиции о послереволюционной России, казачестве, Великой Отечественной войне и Афганистане, где он неоднократно выступал перед советскими военнослужащими. Среди наиболее известных — «Вальс-бостон», «Гоп-стоп», «Казачья», «Монолог пилота „Чёрного тюльпана“».

Особое место в его творчестве занимает родной город. Петербургу посвящены «Прогулка по Невскому», «Лиговка», «Ночь на Васильевском», «Тополиный пух» и другие песни. А композиция «Налетела грусть» в исполнении Розенбаума давно воспринимается слушателями как неофициальный гимн города.

Именно эти и другие песни звучали сегодня на сцене БКЗ «Октябрьский». Концерт был задуман как квартирник — но на многотысячную аудиторию. Антураж создавали декорации квартиры, лавочки возле дома, советские афиши. Во втором акте зритель как будто перемещался на набережную Петербурга. Впрочем, все это лишь фон. В основе концерта — сам Александр Розенбаум, который не расставался с гитарой весь вечер. Ну, почти. Один раз вышел в зал и спел а капелла, еще несколько песен исполнил под рояль, на котором сам блистательно играл.

И это очень удивляет. Обычно человек особенно хорош в чем-то одном: пишет стихи или музыку, поет или играет. Розенбаум умеет всё. И поздравления, которые сегодня звучали, тоже разные — от политиков, от семьи, от… Первого медицинского. Даже в самые тяжелые 1990-е Александр Розенбаум давал благотворительные концерты, средства с которых шли на помощь родному вузу.

Розенбаум действительно артист народный — в этом легко убедиться даже человеку, малознакомому с его творчеством. Нет, ну вы слышали, как ему свистят на концертах? Это публика с очень сильными легкими и очень большой любовью к артисту. А как его не уважать? У него нет двойных сценариев. За кулисами сказал, что мечтает о мире и здоровье, того же пожелал своей публике — мира и здоровья.

За кулисами перед концертом Розенбаум объяснил, почему называет концерты в БКЗ домашними.

«Потому что я ленинградец во многих поколениях. Это мой дом. <…> И дома с тебя требуют больше, чем везде. Вот и всё. Поэтому это очень дорогие и очень ответственные концерты для меня».

Говорил Александр Яковлевич и о другой своей ипостаси — общественной. «Я уже порядка восьми-десяти лет председатель общественного комитета УФСИН по Ленинграду и Ленинградской области. <…> И мы много что делаем: и заключенным помогаем, и тем, кто их охраняет, потому что и те, и другие, в общем, находятся в сложных условиях. В отдаленных зонах они сидят вместе», — сказал артист.

Розенбаум призвал не забывать, что люди в местах заключениях — не выброшенные из жизни, это те же браться, сестры, отцы, матери, дети и жены. «Подонков из них не так много, как кажется. Есть оступившихся огромное количество. Несчастных случаев много. Там сидят люди, и у них проходит жизнь, и они имеют право на общение с книгой, экраном, песней, поэзией и так далее, и тому подобное. В чём им отказывать невозможно. Я отказываю только насильникам малолетних и убийцам. Они для меня нелюди», — заявил он.

Путь музыканта на большую ленинградскую сцену был непростым. В начале 1980-х он несколько лет считался персоной нон грата в БКЗ «Октябрьский». Ситуацию изменила Эмма Лавринович, уговорившая Валентину Матвиенко, тогдашнего зампреда Горисполкома, отвечавшую за культуру, лично побывать на концерте «опального барда» в маленьком ДК имени Капранова. После этого Розенбауму сразу открыли двери БКЗ, который тогда считался официозно-партийным залом.

75 лет. «Еще не целое. Уже не половина». И вечер в родном «Октябрьском», где свистят, поют и любят, — лучшее доказательство того, что он по-прежнему там, где должен быть. Дома.

Тихо, как в раю…
Звезды над местечком
Высоки и ярки
Я себе пою, я себе крою…
Я себе пою…