Петербургский бизнес: одни выживают, другие развиваются

Экономика Санкт-Петербурга держится не только на крупных предприятиях и бюджетных стройках, но и на упорстве бизнеса, который научился выживать в условиях санкций, дорогих кредитов и ужесточения регулирования. Эти вопросы обсуждались на круглом столе, где участники пытались определить грань между государственной поддержкой и избыточным давлением.

Уполномоченный по защите прав предпринимателей Валерий Калугин призвал смотреть на ситуацию без излишнего оптимизма. По его словам, Петербург остаётся одним из самых устойчивых регионов, но эта устойчивость держится на усилиях самих предпринимателей. Значительная часть предприятий работает с минимальной прибылью или в ноль, а рост фискальной нагрузки усугубляет положение. Калугин отметил, что средний бизнес почти исчезает: компании уходят из среднего сегмента в малый, затем в микробизнес и самозанятость. Он считает, что городу нужно отраслевое планирование, чтобы понять, какие сферы дают наибольший экономический эффект. «У Петербурга есть все основания стать технологическим субъектом номер один в стране, — заявил он. — Здесь огромный интеллектуальный потенциал — искусственный интеллект, робототехника, космос, сложное машиностроение. Именно туда нужно вкладываться в первую очередь».

Заместитель председателя Постоянной комиссии по промышленности, экономике и предпринимательству ЗакСа Наталия Астахова отметила, что малый бизнес испытывает давление из-за чрезмерного регулирования. Депутаты вынуждены балансировать между интересами предпринимателей и запросами жителей. Пример — «Закон о наливайках», сокративший число заведений. Астахова подчеркнула: «Мы постоянно оказываемся между двумя позициями... Нельзя закручивать гайки до состояния, когда резьба уже сорвана». Она также упомянула дискуссии о маломерных судах и нестационарной торговле, призвав бороться с нелегальным бизнесом, а не ограничивать законопослушных. Депутат раскритиковала рост налогов на имущество, который увеличил расходы предприятий на десятки процентов. При этом она удивлена стремлением самого бизнеса к дополнительному регулированию: предприниматели сначала жалуются на вмешательство, а потом просят «ещё что-нибудь зарегулировать». Астахова призвала бизнес адаптироваться самостоятельно. Отдельно она остановилась на самозанятости, где ответственность размыта: пример с некачественным ремонтом техники, выполненным цепочкой самозанятых, когда невозможно определить ответственного. Власти, однако, слышат бизнес: порог по НДС для малых предприятий поднят с 10 до 20 млн рублей, что облегчило жизнь микробизнесу.

Председатель совета директоров АО «Лазерные системы» Алексей Борейшо отметил, что жёсткая денежно-кредитная политика и «длительное охлаждение экономики» болезненно ударили по МСП. Многие предприятия, особенно технологические, почувствовали это на себе. Инвестиционные программы поставлены на паузу, и не все смогут из неё выйти. При этом есть направления, которые растут: производство средств производства, реверс-инжиниринг, оборудование для непрерывности процессов. «Сегодня предприятия приобретают такое оборудование не столько ради масштабного развития, сколько ради выживания, — пояснил Борейшо. — Им нужно обеспечивать непрерывность производственных цепочек, поддерживать работу предприятий, оставаться на плаву». Отдельно он выделил аддитивные технологии — станки для печати деталей из металлических порошков. «Направление аддитивного оборудования сегодня для нас магистральное, — рассказал он. — Мы не только создаём сами станки, но и развиваем центр аддитивных технологий, где на собственном оборудовании печатаем детали из различных металлических порошков». Развитие этого направления позволило компании перевыполнить планы прошлого года и приступить к расширению производственных площадей в Особой экономической зоне Петербурга: получен дополнительный участок, проектируется новое здание, что более чем вдвое увеличит объём производственных площадей. Компания также развивает системы промышленной безопасности и лазерные метеорологические комплексы для аэропортов.

Глава Комитета по промышленной политике, инновациям и торговле Александр Ситов сообщил, что город наращивает финансовую поддержку через профильные фонды. Совокупные активы Фонда содействия кредитованию и Фонда микрофинансирования превышают 12,6 млрд рублей. Петербургские фонды уверенно лидируют по размеру капитала и объёму собственных средств. За всё время льготного финансирования предприниматели получили займы на сумму свыше 14 млрд рублей. «За последние пять лет малые технологические компании стали драйвером индустриального развития Петербурга: они обеспечивают наибольший прирост ВРП и наращивают долю отечественной продукции в стратегически важных отраслях — медицине, станкостроении и транспортном машиностроении, — сказал Ситов. — Занимая второе место после Москвы по числу таких предприятий, город демонстрирует зрелость инновационной экосистемы». Благодаря поручительствам Фонда содействия кредитованию бизнесу удалось привлечь более 176 млрд рублей кредитных ресурсов.

Директор Фонда развития промышленности Санкт-Петербурга Сергей Иванов привёл цифры: индекс промышленного производства в городе за 2025 год увеличился на 5,4%, выпуск обрабатывающих отраслей — на 7%, за пятилетку рост составил 67%. Темп роста в 4 раза выше среднероссийского. Среди быстрорастущих отраслей — автопром, электротехника, машиностроение, фармацевтика, металлообработка и производство упаковки. Структура выданных займов совпадает со структурой роста: 25% портфеля пришлось на компьютеры и электронику, 23% — на машиностроение, почти 20% — на металлообработку, около 9% — на фармацевтику. В 2025 году фонд выдал 2,7 млрд рублей займов, общий объём подписанных договоров — 3,38 млрд рублей. Крупнейшие получатели — предприятия стройиндустрии и производители упаковки. Особо выделена программа промышленной ипотеки, уникальная для страны: 34% всех займов прошлого года пришлись именно на неё. В 2026 году на первое место вышли проекты роботизации — четверть всего портфеля заявок. «Сам манипулятор может стоить полтора-два миллиона рублей, но полноценный роботизированный комплекс — это уже 20–30 млн, — объяснил Иванов. — Импортная составляющая там всего около 10%, всё остальное — российские разработки, российские интеграторы, российская инженерия». Также фонд поддерживает приобретение научного и лабораторного оборудования. По итогам 2025 года предприятия-заёмщики привлекли 1,3 млрд рублей прямых инвестиций и 53 млрд косвенных, налоговые поступления от проектов составили 2,2 млрд рублей, а общий объём налогов предприятий-заёмщиков — 92 млрд рублей. Создано 366 новых рабочих мест.

Исполнительный директор Фонда содействия кредитованию малого и среднего бизнеса Санкт-Петербурга Александра Питкянен напомнила, что главная проблема малого бизнеса при получении кредитов — отсутствие залога. Фонд решает эту проблему, предоставляя поручительства до 100 млн рублей (до половины обязательств заемщика). Сейчас фонд сотрудничает с 44 банками, включая Сбербанк, ПСБ, Банк «Санкт-Петербург» и ВТБ. Наряду с поручительствами действуют займы Фонда микрофинансирования: ставки от 3 до 12% годовых, максимальная сумма 5 млн рублей. Есть программы для покупки спецтехники и автотранспорта петербургских производителей. «В 2026 году около 35% всех предоставленных займов пришлось на сферу обработки, средняя сумма займа составила 4,2 млн рублей, — отметила Питкянен. — Чаще всего производственные предприятия используют эти средства для пополнения оборотных средств и поддержания непрерывного производственного цикла». В 2026 году запланированы новые программы поддержки высокотехнологичных компаний, производственных предприятий и локальных производителей спецтехники.

Валерий Калугин заметил, что доля проектов, связанных с созданием нового оборудования и инженерными разработками, остаётся слишком низкой. По его мнению, государству важно не просто распределять средства, а чётко понимать, какие отрасли способны дать максимальный эффект. «Каждый вложенный рубль должен возвращаться ростом производства и прибыли, — подчеркнул он. — Иначе мы будем бесконечно латать отдельные проблемы, но так и не перейдём к устойчивому развитию».

Представители банковского сектора сошлись во мнении, что рынок кредитования МСП остаётся активным, но предприниматели стали осторожнее, а банки внимательнее оценивают риски. Директор департамента по работе с клиентами среднего и малого бизнеса Санкт-Петербургского филиала ПСБ Александр Хайкинсон отметил, что ставка по кредиту зависит от стоимости привлечения денег. Базовая маржа банка — около 4%, плюс стоимость риска. Минимальные рыночные ставки для устойчивого бизнеса начинаются с уровня «ключевая ставка плюс 2,5 процентного пункта»: при ключевой 14,5% это 17% годовых. Средняя рыночная ставка — 18–20%. Ситуация в МСП неоднозначна: бизнес испытывает давление, но продолжает инвестировать. Индекс RSBI за 2025 год составил 54,5 пункта (выше 50 — рост). Средний бизнес чувствует себя устойчиво, но микробизнес весь 2025 год находился в зоне стагнации. «Для микробизнеса любое изменение заметнее, там меньше запас прочности, ограниченная финансовая подушка», — пояснил Хайкинсон. В России зарегистрировано почти 7 млн субъектов МСП без учёта самозанятых, в Петербурге — около 400 тысяч. Рост в городе оказался выше среднероссийского: 3,7% против 1,8%. Главные угрозы, по данным индекса, — рост издержек и геополитические риски (более 20% ответов), налоги — 14%, процентные ставки — 11%. Каждый второй предприниматель рассматривает возможность привлечения кредита или господдержки. Уровень одобрения заявок снизился с 63–65% до 60%.

Заместитель председателя Северо-Западного банка Сбербанка Сергей Тютин рассказал о трёх направлениях в кредитовании МСП: отраслевая адресность, привязка к льготным программам и акцент на инвестиции. Самая востребованная программа — Минэкономразвития по стимулированию кредитования МСП для приоритетных отраслей: промышленность, IT, гостиничный бизнес, рестораны, профессиональные услуги. «Ключевое условие — деньги должны идти на развитие бизнеса, а не на закрытие кассовых разрывов», — подчеркнул он. Микропредприятия могут получить от 25 до 200 млн рублей, малые — до 500 млн. Есть программа для АПК и для подрядчиков ИЖС (от 8% годовых). «Технологическая трансформация — это уже не тренд, а операционная реальность, — отметил Тютин. — Мы внедряем искусственный интеллект в оценку заёмщиков: система в режиме 24/7 анализирует финансовое состояние компаний и автоматически обновляет кредитные лимиты. При беззалоговом кредитовании клиент может получить деньги в течение двух часов после подачи заявки». Также банк развивает факторинг, аккредитивы и лизинг. По итогам первого квартала 2026 года темп роста кредитного портфеля по Северо-Западу достиг 101% с начала года — признак восстановления инвестиционной активности.

Начальник управления продаж массового корпоративного бизнеса Банка «Санкт-Петербург» Алексей Кириллин отметил, что многие компании отказываются от кредитов, откладывая инвестиционные проекты. Банки вынуждены более внимательно оценивать перспективы заёмщика. «Иногда отказ в кредите — это не про нежелание банка работать с клиентом, — пояснил он. — Возможно, бизнесу сейчас действительно не стоит брать дополнительную нагрузку, чтобы потом не столкнуться с испорченной кредитной историей». Он упомянул новые расходы бизнеса из-за налоговой реформы, маркировки и требований по русификации вывесок. «Среди мер поддержки самой актуальной в 2026 году считаем, что мы не стали перекладывать бремя повышения НДС на клиентов, — сказал Кириллин. — В отличие от многих других банков, мы сохранили тарифы для МСБ без изменений». Банк также оказывает комплексную поддержку внешнеэкономической деятельности: экспертиза контрактов, таможенное оформление, логистика, хеджирование валютных рисков в формате «единого окна». Нефинансовая поддержка — собственная премия «Малый бизнес — больше возможности», посвящённая Дню предпринимателя, с акцентом на вклад бизнеса в развитие городской среды.

Президент Ассоциации предприятий индустрии красоты Лялья Садыкова считает, что официальная статистика не отражает реального положения дел в малом бизнесе. По данным «Яндекс.Карт» и 2ГИС, количество действующих предприятий в отрасли сократилось примерно на 23%. Это следствие дробления бизнеса: предприниматели создают новые юрлица для адаптации к меняющимся налоговым условиям. Для компаний с оборотом около 60 млн рублей, работавших на патенте, налоги выросли в десятки раз. Садыкова назвала «просто убийством малого бизнеса» систему штрафов, которая не соотносится с оборотами: за ошибки в оформлении сайта или документов штрафы составляют 250–500 тыс. рублей при обороте небольшой парикмахерской около 300 тыс. рублей в месяц. Она перечислила дополнительные расходы: маркировка, новые требования к вывескам, рост неналоговых платежей. Петербург, по её словам, разрешил бизнесу не менять вывески до окончания действующих разрешений, тогда как в других регионах проверки начались сразу. Потребительский рынок: бизнес больше не может бесконечно перекладывать издержки на клиентов. Некоторые банки в одностороннем порядке закрывают предпринимателям возобновляемые кредитные линии при временном снижении оборотов. Приводится пример компании из сферы вентиляции и кондиционирования, которую банк перестал финансировать в низкий сезон. Кредиты получить сложно: в стоматологическом и бьюти-сегменте получили отказы, единственное одобрение по ставке около 36% годовых (реально более 40%). Сократились льготные программы: ранее займы под 3–5% годовых без серьёзного залога были доступны предприятиям сферы услуг, теперь — в основном для промышленности и креативных индустрий. «Многие предприниматели уходят в теневой сектор, — констатировала Садыкова. — Растёт число самозанятых и „бьюти-квартирников“, но защитить права потребителей в отношениях с ними невозможно». Главный запрос — предсказуемость правил: режим АУСН действует лишь до конца 2027 года, и без долгосрочного планирования бизнес не может работать.

Заместитель Председателя комитета по финансовым рынкам Санкт-Петербургской торгово-промышленной палаты Алексей Балашов подтвердил выжидательную позицию бизнеса. Многие отказываются от кредитов, предпочитая переждать период высоких ставок и нестабильности. Дополнительное давление на статистику числа юрлиц оказывает закрытие «спящих» компаний из-за обязательной ежемесячной оплаты страховых взносов. «Заказчики всё чаще требуют исполнения банковских гарантий ещё до завершения контрактов, пытаясь вернуть оборотные средства на фоне собственных финансовых проблем, — добавил Балашов. — Это создаёт дополнительную нагрузку на подрядчиков и повышает риски для бизнеса и банков». Наиболее устойчивыми остаются компании, сохраняющие финансовую дисциплину, например высокотехнологичные предприятия в сфере аддитивных технологий и промышленного производства. Однако доступ к банковскому финансированию для них ограничен из-за отсутствия залогов и длинного инвестиционного цикла.

Алексей Борейшо подтвердил, что около двух третей предприятий в промышленности находятся в «инвестиционной паузе», отложив крупные проекты. Сектор производства средств производства чувствует себя увереннее многих других отраслей. Компания использует инструменты господдержки: субсидии Минпромторга, льготное финансирование, облигационные займы. «Спрос на аддитивные технологии и промышленное оборудование продолжает расти быстрее прогнозов аналитиков, — отметил он. — Однако даже успешные предприятия сегодня развиваются осторожно: большинство предпочитает сначала убедиться в устойчивости спроса и только потом возвращаться к активным инвестициям».