Книжные новинки зимы: старость, художницы, папа, Япония

Зимние месяцы в Петербурге подходят к концу, но книжные итоги сезона уже можно подводить. Культурная жизнь не замирает, что подтвердит предстоящий Петербургский книжный салон, запланированный на 21–24 мая. Среди зимних новинок выделяются несколько значительных работ: в декабре книжный магазин «Желтый двор» выпустил выдающееся произведение отечественной японистики, высоко оцененное Максимом Горьким и Виктором Шкловским, в январе впервые на русском языке опубликован труд Симоны де Бовуар, а в феврале увидел свет роман Паоло Соррентино о папе римском.

Симона де Бовуар в работе «Старость» (перевод Георгия Синицына, Ad Marginem, 18+) исследует культурные аспекты старения. Французский философ, известный по «Второму полу», отмечает табуированность темы старости в обществе. «Зачем вы говорите о старости, вы еще молоды», — цитирует она своих собеседников. Хотя некоторые тезисы, например о возрасте политиков, устарели, проблема сохраняет актуальность для России 2026 года.

Ноа Чарни в «Стертые с холста. О женщинах, изменивших мир искусства» (перевод Ольги Быковой, Individuum, 18+) сочетает биографический справочник с культурологическим эссе. Автор, специалист по Возрождению, признает ограниченность своего западноевропейского взгляда, поэтому российское издание дополнено предисловием с именами русских художниц. Чарни полемизирует с вопросом Линды Нохлин «Почему не было великих художниц?», утверждая, что женщины творили, но часто оставались анонимными.

Джоан Дидион в «Играй при любом раскладе» (перевод Ланы Матуа, Corpus, 18+) демонстрирует подход book journalism, превращая репортаж в художественное повествование. Она исследует мир шоу-бизнеса через собирательный образ звезды, раскрывая механизмы успеха и выгорания. Как и Гэй Тализ в интервью о Фрэнке Синатре, Дидион избегает прямых оценок, предлагая читателю самостоятельно интерпретировать события.

Паоло Соррентино в романе «Бремя Господне. Евангелие от Ленни Беллардо» (перевод Анны Ямпольской, Corpus, 18+) размышляет о вере и власти в католической церкви. Книга не является адаптацией сериала «Молодой папа», а представляет собой самостоятельное развитие идеи о том, что папа римский может быть прежде всего верующим, а потом политиком. Соррентино, будучи католиком, с иронией относится к человеческим слабостям духовенства.

Игорь Лужецкий в «Смерть в Средневековье» (МИФ, 16+) анализирует средневековые представления о смерти. Историк показывает, что в ту эпоху смерть воспринималась более открыто: люди верили в рай, часто были свидетелями кончины других и практиковали «искусство умирания». Лужецкий предлагает использовать эти представления как повод для обсуждения современных страхов, связанных с окончанием жизни.

Роман Ким в эссе «Три дома напротив соседних два» (издано «Желтый двор» совместно с Ad Marginem и hide books, 18+) критикует японскую литературную элиту начала XX века за оторванность от социальных проблем. Он вводит саркастический термин для описания их замкнутого мира. Несмотря на политическую вражду, Ким перевел на русский язык произведения Акутагавы, а его работа остается уникальным источником по истории японской литературы.