Волны, осьминог и титры: новый язык Моцарта в Мариинском

Премьерой начала года в Мариинском театре стала опера Вольфганга Амадея Моцарта «Идоменей, царь критский». Её анонсировали за неделю до показа, приурочив к 270-летию со дня рождения композитора. Постановку, ставшую дебютом в опере для драматического режиссера Романа Кочержевского, представили 29 января, в день 245-летия первой постановки этой оперы в Мюнхене в 1781 году.

До сценической версии «Идоменей» неоднократно исполнялся в Мариинском в концертном формате, а незадолго до премьеры прозвучал в московском «Зарядье» под управлением Валерия Гергиева. Изначально задержка с объявлением постановщиков наводила на мысль о возможном возобновлении версии 2009 года австрийского режиссера Михаэля Штурмингера, которая интерпретировала античный сюжет в современном ключе, затрагивая темы беженцев и ужасов войны.

Опера Моцарта повествует о критском царе Идоменее, который, спасшись после кораблекрушения, обещает богу Нептуну принести в жертву первого встречного. Им оказывается его сын Идамант. Конфликт между долгом и отцовскими чувствами развивается на фоне тем войны, мира, любви и жертвенности. В финале власть переходит к молодой паре — Идаманту и троянской принцессе Илии, символизируя смену поколений.

Сюжет архетипичен: аналогии есть в библейской истории об Иевфае и в опере Глюка «Ифигения в Авлиде». Центральная тема — противостояние героя и судьбы, которую преодолевает искренний и верный Идамант.

Спектакль, созданный в сжатые сроки, отличается минимализмом декораций. Вместо них постановщики — режиссер Роман Кочержевский, мультимедиа-режиссер Глеб Фильштинский и видеохудожник Игорь Домашкевич — использовали масштабные видео-проекции. Они создали динамичное барочное зрелище с волнующимся морем, плывущими облаками, гигантской светящейся маской Нептуна и чудовищным осьминогом, разрушающим храм.

Кочержевский расставил солистов в статичных позах, напоминающих фигуры на античных вазах, что позволило сосредоточиться на вокальном мастерстве. Технические возможности Мариинского-2 обеспечивали мгновенную смену виртуальных ландшафтов.

Чтобы сделать сложный сюжет доступным, постановщики ввели пояснительные титры в стиле комиксов. Каждая ария сопровождалась текстом, объясняющим эмоции героя. Перед каждым актом опускался суперзанавес с иллюстрациями, напоминающими роспись краснофигурных ваз, который кратко излагал предысторию, включая события Троянской войны.

Музыкальным руководителем был заявлен Валерий Гергиев, но на премьере дирижировал Гурген Петросян. Он взял быстрый темп в увертюре, но в целом справился с партитурой. Особую роль в опере играет оркестр: инструментальные соло, темы рока, влияние французской оперы и Глюка. Кульминационная сцена бури во втором акте, однако, не достигла максимального драматического накала.

Вокальный ансамбль сложился гармонично. Сопрано Екатерины Савинковой (Илия) и Дарьи Росицкой (Идамант) отличались мягкостью, изящной фразировкой и виртуозностью. Анжелика Минасова в роли Электры не вполне передала неистовость персонажа. Александр Михайлов (Идоменей) спел корректно, хотя без особого блеска, но выглядел царственно.

Премьера оказалась удачной. Новаторский визуальный язык, сочетающий мультимедиа и комиксы, сделал оперу доступной для широкой аудитории. Вокалисты демонстрируют готовые трактовки, и спектаклю предсказывают долгую сценическую жизнь.