Кто и как зарабатывает на вторсырье в Петербурге?

Ситуация на рынке сбора и переработки вторсырья в Петербурге остается крайне сложной — к такому выводу пришли все опрошенные специалисты. В материале рассматривается, куда попадают пластиковые бутылки и макулатура, а также выясняется, может ли эта деятельность приносить доход.

Доходы сборщиков вторсырья

Когда упаковка или другой предмет из пластика, металла или картона перестает быть нужным, у него есть несколько вариантов попасть на переработку. Горожане могут отнести их в экоцентр, пункт приема, на акцию раздельного сбора или опустить в специальный контейнер — списки принимаемого в каждом месте различаются.

Если предмет оказывается в обычном мусорном контейнере для смешанных отходов, шанс на переработку у него все же есть, но не для всех видов. Например, на сортировочной линии могут извлечь пластиковые бутылки от напитков, а вот бумагу или одноразовые контейнеры для еды — вряд ли. Кроме того, после контакта со смешанными отходами качество сырья ухудшается, и оно может стать непригодным для переработки. По данным петербургского регоператора НЭО, из общего потока на комплексах по переработке отходов (КПО) извлекают 15–20% полезных фракций.

Эксперт и координатор проектов ассоциации «РазДельный Сбор» Катерина Шалунова поясняет, что вторсырье от промышленных производств и крупных коммерческих организаций отличается высокой ликвидностью — это большие объемы чистого однородного материала. От населения же поступают разные объемы с неизбежным засором. Ценность непресованного вторсырья на рынке еще ниже. Волонтерские организации и экоцентры часто передают собранное бесплатно, самостоятельно оплачивая транспортировку.

Цены на полимеры сейчас находятся на историческом минимуме, отмечает Шалунова. Летом обычно наблюдается сезонный подъем, но общая ситуация остается сложной. Выручка от сбыта вторсырья не покрывает расходы экоцентров и волонтерских акций. Например, проведение акции «РазДельный Сбор» в нескольких районах города обходится более чем в 200 тысяч рублей в месяц (без учета зарплаты организаторов — около 120 тысяч), а за собранные пакеты и пленки организаторы получают всего 1–2 тысячи рублей в месяц.

Руководитель экоцентра «Сборка» в Петербурге Александр Башкиров сообщает, что стоимость вторсырья покрывает не больше 5–10% ежемесячных расходов его организации. Руководитель экоцентра «Собиратор» Петр Левин подчеркивает, что вторсырье никогда не приносило проекту дохода, а сейчас ситуация стала еще сложнее.

Из 25 фракций, которые принимают в «Зелёнке», востребованы и легко передаются на переработку не больше 9, объясняет гендиректор проекта Юлия Акимова. В их числе — картон, бумага, пластики с маркировками 1PET (только бутылочный), 2HDPE, 4LDPE, 5PP. «Для переработки некоторых сложных фракций нам приходится кооперироваться с другими экоцентрами, чтобы накопить на машину и совместно отправить ее, например, в Ярославскую область или другой регион, где есть необходимая переработка. По некоторым фракциям ждем сезонного спроса», — рассказывает Акимова. В «Зелёнке» вторсырье окупает не более 50% расходов, и экоцентр старается выбирать переработчиков с лучшими условиями.

Механизмы выживания экоцентров

Экономика экоцентров отличается от экономики заготовителей, что влечет дополнительные расходы, объясняет Александр Башкиров. Сырьевая модель заготовителей предполагает дешевую землю большой площади, где можно накапливать крупные оптовые партии, выбирать 4–5 ликвидных видов сырья (макулатура, металл, стекло), ставить промышленный пресс и работать, даже покупая вторсырье у людей для перепродажи.

Экоцентры же должны находиться в доступной локации, что означает высокую арендную плату, содержать помещение в чистоте и принимать только чистое вторсырье. Они ставят перед собой цель принимать сложные виды отходов, которые нельзя сдать в обычные пункты, и эти виды заведомо убыточны.

Экоцентры существуют за счет нескольких источников: пожертвования от людей и организаций, спонсорство, услуги по организации раздельного сбора в офисах и обучению сотрудников, проведение экологичных мероприятий (в том числе свопов), мастер-классы, лекции, квесты, экскурсии, продажа экотоваров, экотакси. В условиях кризиса переработки даже простых материалов «Сборка» изучает возможность запуска собственной установки по переработке одной из фракций.

В Петербурге работают три экоцентра такого формата: «Собиратор», «Сборка» и «Зелёнка». «Собиратор» временно закрылся для посетителей для решения экономических проблем. Также существует проект 7 Other («Вторичная переработка редких и сложных пластиков»), который из-за финансовых трудностей принимает посетителей только в определенные дни за плату.

Продажа вторсырья «Невским экологическим оператором»

По данным онлайн-карт 2Gis, в Петербурге насчитывается почти 11 тысяч контейнеров и пунктов приема вторсырья, одежды и опасных отходов. На волонтерской карте — чуть больше 6 тысяч. По информации «Невского экологического оператора», контейнерами для раздельного сбора (пластик и стекло) по итогам 2025 года были оснащены порядка 4000 площадок.

Региональный оператор продает собранное вторсырье переработчикам через электронную площадку, предписанную законом, — «Биржу ВМР» («Электронная торговая площадка РЭО»). Пользование площадкой платное: два тарифа — «По обороту» (2% с каждой сделки) и «По РОП» (300 тысяч рублей в год).

На момент подготовки материала на бирже было 765 лотов со всей России, число постоянно меняется. Открытых запросов от покупателей — 54. Примеры: 100 тонн стеклобоя плоского стекла по 4 тыс. р./т, 1000 тонн стеклобоя (микс цветов) — 15 тыс. р./т, PET-1 прессованный прозрачно-голубой (100 т) — 30 тыс. р./т, HDPE-2 канистра прессованная (50 т) — 450 тыс. р./т. В предложениях на продажу цены варьируются: PET-бутылка — 43 тыс. р./т (10 т), PET-1 микс — 22 тыс. р./т (300 т), канистра HDPE-2 — 35 тыс. р./т (11 т), алюминиевая банка — 55 тыс. р./т (3,3 т), жестяная банка — 1850 р./т (100 т). Аукционы проводятся как на повышение, так и на понижение цены.

Директор по развитию НЭО Дмитрий Биллер отмечает, что выручка от продажи вторсырья компенсирует часть затрат и помогает сдерживать тарифы на вывоз мусора. Переработчики сами обеспечивают вывоз купленного материала. По итогам прошлого года регоператор реализовал практически все собранные раздельно или извлеченные из смешанных отходов материалы. Среди сложных фракций Биллер выделяет «разносортицу» (внешне похожие упаковки из разных видов пластика, которые в промышленных условиях невозможно разделить) и пакеты с пленками 4-LDPE (мусорные мешки, стрейч-пленка и др.), которые в нечистом виде невостребованы. По этим материалам НЭО ведет переговоры с новыми предприятиями, использующими термохимические методы (пиролиз, катализ).

Кто покупает вторсырье

Будущее сложных фракций полимеров после переработки, по словам Катерины Шалуновой, чаще всего — смеси для асфальта и полимерпесчаные изделия (люки, решетки). Для изготовления упаковки товаров широкого потребления вторичные материалы пригодны хуже из-за строгих технических требований и маркетинга.

Заработок переработчиков

Не все компании согласились обсуждать ситуацию. Совладелец и директор по стратегическому развитию «ДПЛ Полимер» Сергей Похоменко рассказывает, что положение переработчиков за последние годы ухудшилось, компании закрываются. Основная проблема — отсутствие спроса на вторичную гранулу со стороны предприятий, которым проще закупать обычное сырье по схожей цене. Реальных стимулов использовать вторичку нет.

Сложности связаны также с распределением средств РЭО на проекты переработки. По мнению Похоменко, деньги можно было бы использовать эффективнее: «Много заградительных барьеров, которые повышают стоимость проекта. Соответственно, намного выше порог возврата инвестиций. Это замкнутый круг». Без убытка могут работать только те, кто имеет дело с большими объемами — безубыточный порог вырос со 100 до 600–700 тонн. Надежда на механизм РОП, который мог бы позволить переработчикам вкладываться в развитие.

Генеральный директор завода «Фантастик Пластик» (группа «ТЕХНОНИКОЛЬ») Андрей Бурыкин отмечает, что мусорная реформа не дала результатов: количество сортировочных комплексов не увеличилось, качество ПЭТ-бутылок низкое, а доля бутылок с барьерной добавкой, не позволяющей переработать их по технологии bottle-to-bottle, значительно возросла. «На нашем предприятии стоят самые современные оптические роботы, но даже им не под силу отличить такую бутылку из общего потока сырья», — говорит Бурыкин. Он также указывает на проблему НДС: налог на покупку отходов приходится платить повторно, хотя добавленная стоимость на этом этапе отсутствует. Бурыкин считает, что подход к налогообложению использованных ПЭТ-бутылок требует пересмотра.

Возможные пути решения

Опрошенные эксперты предложили несколько мер, которые могут улучшить ситуацию на рынке вторсырья.

• Унификация упаковки на уровне федерального законодательства для упрощения автоматической сортировки и переработки, а также запрет на мультислойные бутылки.
• Пересмотр или отмена НДС на покупку отходов для переработчиков.
• Улучшение общей экономической ситуации в стране.
• Ограничение поставок дешевой зарубежной гранулы, в частности из Ирана.
• Создание более выгодных экономических условий для производителей, использующих вторичные материалы.
• Возобновление экспорта отдельных видов вторсырья (например, жестяных банок) за границу.
• Поддержка конкурентной среды и разнообразия в сфере переработки.