Павел Дуров выпустил трек: разбор критиков и ИИ

23 апреля основатель Telegram Павел Дуров опубликовал собственную музыкальную композицию. Он отметил, что в 1990‑х увлекался музыкой, а теперь возвращается к хобби с помощью современных инструментов. Трек подписан псевдонимом Дурикович, а его текст посвящён блокировкам в интернете.

Композиция представляет собой откровенный шансон с элементами карикатурности: в ней слышны восклицания в духе Гарика Сукачёва, балалайка, напоминающая «Those Were the Days» Мэри Хопкин (она же «Дорогой длинною»), ритм «Маленького плота» Юрия Лозы, аккордеон и припев в стиле «Любэ», а также хрипловатый голос, отсылающий к «Владимирскому централу». Можно уловить фортепианный проигрыш, похожий на шлягеры Пугачёвой, и другие реминисценции из репертуара радио «Маяк». Возможно, это стёб технократа или его представление о целевой аудитории – тех, кто пытается нарушить связь между ним и подписчиками. В тексте есть фраза «пусть седые вверху смотрят в прошлое строго». Песня называется «Свой живой интернет», что легко переводится на английский и вызывает определённые ассоциации.

Музыкальный продюсер и критик Денис Рубин в беседе с «Фонтанкой» прокомментировал новинку. «Более чем уверен, что „современные инструменты“ в данном случае — это ИИ», — заявил он. Рубин отметил, что в детстве Дуров баловался программой Fruity Loops, которая была аналогом ИИ для девяностых и нулевых: позволяла делать музыку быстро и без глубоких знаний.

«Если говорить о качестве материала, на мой взгляд — это ниже плинтуса. Мелодия никакая, стиль потерялся где-то между шансоном и российской эстрадой. Да и вся музыка здесь служит только подпоркой к статическим куплетам. Куплеты, кстати, тоже довольно средние. И если вдруг песня взлетит, то это лишний раз докажет гипотезу о том, что в наше время все решает не контент, а контекст. Или по-другому: не качество материала, а доступ к ресурсам по его раскрутке. С этим у Дурова, понятно, все хорошо. Он может ее и на обязательный рингтон при каждом новом сообщении поставить, если захочется».

ИИ уже не новичок в написании хитов. В конце 2025 года первое место в чарте Billboard Country Digital Song Sales заняла песня Walk My Walk, созданная искусственным интеллектом. Тогда же на Шведском телевидении сообщили, что более трети популярных в Швеции песен в списке Spotify написаны ИИ.

Петербург тоже в числе пионеров: на прошлом Экономическом форуме в Мариинском театре представили оперу «Мандрагора», частично дописанную за Чайковским искусственным интеллектом. Живой композитор Петр Дранга, основной автор музыки, отмечал: «Нам еще далеко до того, чтобы полностью написать музыку искусственным интеллектом. Это на самом деле очень интересная история взаимодействия, где искусственный интеллект предлагает варианты, помогает доработать, ускоряет процесс и делает его еще более интересным. Это ни в коем случае не соревнование, это абсолютная коллаборация. Я думаю, что нам всем в будущем это очень сильно поможет».

В середине апреля музыкальный сервис Сбера «Звук» опубликовал исследование, согласно которому 61% музыкантов регулярно используют ИИ в творчестве, а 85% хотя бы раз прибегали к нему. В опросе участвовали: 77% артистов или исполнителей, 66% сонграйтеров, 32% продюсеров или битмейкеров, 24% звукорежиссёров.

В основном ИИ применяют для создания визуального оформления и контента в соцсетях. Однако 40% доверяют нейросетям непосредственно создание музыки. «Чаще всего нейросети помогают с генерацией мелодии (50%) и вокала (43%). Также с помощью ИИ создают аранжировки (38%) и обрабатывают готовый звук (32%)».

Продюсер Иосиф Пригожин поделился мнением с «Фонтанкой». Он заявил: «Запретить Павлу Дурову или кому-либо заниматься таким конструктором под названием „музыка“ сложно. Понятно, что он гениально преуспел в своё время в создании ВК и Telegram — тут он супер. И сегодня, обладая такими технологическими возможностями, не только Дуров, а вообще кто угодно может использовать эти инструменты. Но в этом нет никакой души».

Пригожин сравнил современную музыку с фастфудом: «Огромная сеть — как „Макдоналдс“ по всему миру: бургерные, бутербродные… И музыка перестала нести главное — смысловую нагрузку. Сопереживание, дыхание — понимаешь? Раньше люди получали образование и отдавали этому жизнь, чтобы что-то создать. Проекты Майкла Джексона с Куинси Джонсом или песни Юрия Антонова, Раймонда Паулса, Александры Пахмутовой — они будут жить вечно, в них есть душа. Всё остальное — это игрушки, которые становятся популярными благодаря технологиям».

Продюсер подчеркнул, что Дуров как бренд привлёк внимание и напомнил о себе, но это баловство. «Это же не он сделал — это конструктор. Машина, которая его руками делает то, что мы называем музыкой». Пригожин также упомянул собственный опыт коллаборации с ИИ — дуэт Валерии и Снегурочки, назвав его диалогом живого с неживым.

На вопрос о нейросетевой кавер-версии песни «Седая ночь» в «исполнении» Канье Уэста Пригожин ответил: «Да, это очень круто сделано. Я поздравляю авторов — они заработали хорошие деньги, идея отличная, все в это поверили, и я в том числе. Сделано действительно круто. Поздравляю Канье Уэста, поздравляю владельцев авторских прав. Рад за Юру, за семью Юры Шатунова — у них есть повод для гордости. Жалко только, что Юра не дожил до этого момента, когда это стало таким большим успехом. Я считаю, Канье Уэст должен договориться, очистить права и выходить с этим на сцену».

Комментируя возможность создания подобных каверов на песни Валерии, Пригожин заметил, что не все авторы готовы разрешать использование своих произведений. «Я, например, только за. Если песни Валерии берут и они разлетаются — отлично. Мы сделали трибьют Валерии. И многие молодые слушатели даже думают, что песня „Океаны“ — это изначально трек XOLIDAYBOY. А на самом деле она просто дала ему импульс». Он также привёл в пример «Часики» и «Маленький самолёт», которые получили вторую жизнь.

В заключение Пригожин сравнил современное ИИ-творчество с «резиновой куклой»: «Что такое эмоция? В эмоциях есть чувство, душа. А тут всё становится механическим. Это нельзя назвать искусством».