«Пентхаус»: якутский хоррор на английском

В прокат вышел «Пентхаус» — дебютная англоязычная работа Степана Бурнашева, одного из лидеров «якутской волны», известного по фильму «Айта». Картина, поначалу похожая на традиционный якутский фолк-хоррор, неожиданно уходит в сторону психологического триллера. Обозреватель «Фонтанки» делится впечатлениями после просмотра.

Сюжет разворачивается в Куала-Лумпуре. В роскошном пентхаусе на 70-м этаже небоскрёба живут японский бизнесмен Дэвид, его жена-якутка Саина и их новорождённый сын Сэм. Семья недавно переехала в Малайзию, и Дэвид ждёт подписания выгодного контракта. Саина, напротив, чувствует тревогу: её пугает высота, холод и пустота апартаментов. Ночью она слышит музыку, шорохи и видит тень загадочной женщины. Дэвид списывает всё на послеродовую депрессию и советует жене обратиться к психотерапевту. Саина же вспоминает народные традиции и приглашает шамана для обряда очищения. Тот говорит: «Вы чисты, но рядом с вами зло». Но ничто не помогает, и тени становятся всё гуще.

Бурнашев — одна из ключевых фигур так называемого «Сахавуда», якутского кинофеномена. Он известен экспериментами с жанрами: от зомби-хоррора «Республика Z» (2018) до мелодрамы «Наша зима» (2022) и триллера «Чёрный снег» (2021). Идея «Пентхауса» родилась у него, когда он с женой, актрисой Ириной Михайловой, снимал квартиру в Куала-Лумпуре и по ночам слышал странные звуки. Михайлова сыграла Саину, что придаёт фильму автобиографический оттенок. Роль Дэвида исполнил Содзи Араи, известный по работам у Такаси Миике и Рюсукэ Хамагути.

Главное впечатление от фильма — его разнородность. Смешение культур, языков и жанров создаёт ощущение отстранённости, которую можно принять как за осознанный стиль, так и за неловкость. Сам режиссёр и актёры в интервью признавались, как сложно было свести всё в единое целое. Это, впрочем, добавляет персонажам достоверности.

Саина, несмотря на долгую жизнь вдали от Якутии, остаётся верна корням: звонит тёте, кладёт оладушки для духов в углу квартиры и легко находит шамана. Это типичная героиня якутского хоррора. Если бы действие происходило в Республике Саха, фильм, вероятно, развивался бы по привычному пути. Но зрителя, ожидающего фолк-хоррор, ждёт разочарование. Персонаж Араи, Дэвид, словно из другого кино — из западного триллера. Он олицетворяет прогрессивный мир, забывший об архаике. Здесь не боятся духов, но есть депрессия, психоз и страх потерять близкого.

Куала-Лумпур в фильме — не просто фон, а полноценное пространство, враждебное и чуждое обоим героям. В малайзийском кино город обычно изображён как влажные джунгли, полные духов и насилия. Здесь же он холодный, стерильный и безлюдный, словно продолжение пентхауса. Бурнашев будто заморозил Малайзию якутским холодом.

В одной из сцен малайзийские партнёры Дэвида по бизнесу испытывают культурный шок, общаясь с Саиной: она рассказывает о якутских морозах, вере в духов и играет на хомусе. Зритель поначалу тоже теряется: что перед ним — международные гастроли якутской мистики или подмена духов психическими расстройствами?

Бурнашев мог бы держать интригу до конца, а лучше — вовсе не давать однозначных ответов. Но фильм сворачивает на проторенную дорожку уже к середине. Становится ясно, что «Пентхаус» построен на хичкоковском фундаменте, и почти все детали предсказуемы. Если слэшеры процветают на клише, то для саспенса это губительно: финал досматриваешь, отмечая ожидаемые повороты.

«Пентхаус» интересен не столько сюжетом, сколько тем, что он символизирует. Это фильм, точно отражающий своё время: сцена на руинах Вавилонской башни, где понятия дома и семьи разрушены. Близкие люди говорят на разных языках, вслушиваются в темноту и испытывают тревогу, которую можно объяснить по-разному, но вряд ли вылечить.