Почему в 2026 сложно найти работу при кадровом голоде

Кадровый голод продолжает оставаться одной из главных тем, однако сотрудники из разных отраслей всё чаще жалуются на долгие поиски работы. Даже в востребованных сферах соискатели сталкиваются с многоэтапными собеседованиями и жёстким отбором, в том числе с использованием ИИ. Разбираемся, что происходит на рынке труда в 2026 году и кому стоит повременить с увольнением.

По данным hh.ru, в Петербурге уже несколько лет тройка лидеров по числу вакансий остаётся неизменной. На май 2026 года наибольшая доля предложений приходится на сферу продаж (12% от всех вакансий), рабочий персонал (11%) и производство с сервисным обслуживанием (9%). Наименьший спрос наблюдается на менеджеров по организации мероприятий, супервайзеров, специалистов по внешним коммуникациям, кредитных менеджеров, страховых агентов и копирайтеров — в каждой из этих категорий за первые пять месяцев года было опубликовано от 100 до 200 вакансий.

После условного кадрового голода 2022 года рынок труда разделился на два сегмента, которые эксперты называют «голодным» и «перегретым». Это объясняет противоречивые жалобы работодателей и соискателей, которые не могут найти друг друга. «Рынок труда окончательно разделился на два параллельных мира», — отмечает кандидат экономических наук Ольга Попазова.

В первом мире компании активно соревнуются за сотрудников. На одну вакансию здесь приходится не больше трёх-четырёх резюме. К числу таких сфер относятся: тяжёлое машиностроение и энергетика (число вакансий за год выросло в полтора раза), рабочие профессии (водители большегрузов, сварщики, слесари), медицина (количество предложений для врачей увеличилось на 20% за год), продажи (до 12% всех запросов) и организация мероприятий — неожиданно востребованными стали аниматоры и ведущие.

Второй мир характеризуется переизбытком кандидатов и высокой конкуренцией. По словам Ольги Попазовой, сюда относятся маркетинг и PR, финансы и бухгалтерия, а также административные и офисные позиции.

Рекордно низкая безработица и не менее рекордная скорость закрытия вакансий создают ещё один парадокс. В 2025 году вакансии закрывали в среднем за 19 дней, в 2026-м — уже за 16 дней (на 16% быстрее). Медианное время сократилось с 14 до 11 дней. Самыми быстрыми отраслями стали финансы (7 дней), IT (10,4 дня), образование и госслужба (8,6 дня). Дольше всего ищут сотрудников в транспорте и логистике (31 день) и строительстве (24 дня). «По скорости получения оффера рынок 2026 года выглядит благоприятнее, чем год назад», — отмечает Ольга Попазова. Однако качественная сторона поиска, по её словам, стала гораздо тяжелее.

Многоэтапные собеседования, ставшие мемами в интернете, особенно распространены в крупных компаниях и бигтехах. Офисных работников в среднем ждут три-четыре этапа отбора, в отдельных случаях — до восьми интервью. Вячеслав Якубенко отмечает, что чем крупнее компания, тем больше ресурсов она тратит на поиск, однако «может, я чего-то не понимаю, и в сложных многоуровневых системах отбора есть какой-то сакральный смысл». Кроме того, от 60 до 75% кандидатов отсеиваются уже на этапе просмотра резюме — из-за нерелевантного опыта, завышенных зарплатных ожиданий или несоответствия региону. «То есть ваше резюме могут даже не прочитать до конца, если оно не соответствует жестким критериям. Это создает ощущение „черной дыры“, куда уходят отклики», — добавляет Попазова.

Сложности поиска отчасти связаны с завышенными ожиданиями работников, особенно «белых воротничков» и новичков без опыта. По данным hh.ru, верхняя граница зарплаты для молодого специалиста сегодня составляет 95 000 рублей, а в среднем работодатели предлагают 50 000–70 000 рублей. В итоге соискатели стали чаще соглашаться на меньшие деньги. «В условиях избытка кандидатов россияне реже увольняются по собственному желанию, а зарплатные предложения при переходе в новую компанию снизились на 10–20%. Многие соискатели вынуждены соглашаться на меньшие деньги, несмотря на высокие ожидания», — говорит Ольга Попазова.

Эксперт выделила «красную зону» — профессии, где найти работу будет особенно сложно: финансы, бухгалтерия, юриспруденция (конкуренция превышает предложение); маркетинг, PR, реклама (огромный избыток кадров, до 40 резюме на вакансию, многие функции заменяются ИИ); HR и административный персонал (автоматизация); джуниоры в IT (на одну позицию в крупной компании — до 300–400 откликов); копирайтеры, контент-менеджеры, переводчики (профессии практически уничтожены нейросетями); банковский сектор и страхование (сокращение физических отделений и перевод услуг в онлайн).

В «серой зоне» — те, кому лучше держаться за своё место. Как объясняет Попазова, «главный индикатор „серой зоны“: вы работаете в массовой сервисной или производственной отрасли, зарплата средняя по рынку, а навыки — „крепкие, но не уникальные“. Вас не уволят, но если уйдете сами, придется конкурировать с толпой таких же за худшие условия». К этой категории относятся: продавцы, кассиры, официанты (дефицит есть, но зарплаты не растут); курьеры, комплектовщики, грузчики (роботизация и наплыв мигрантов снижают ценность сотрудника); менеджеры по продажам в товарных направлениях (рынок B2C сжимается); сотрудники автодилеров и машиностроения (сектор в глубокой трансформации, сокращения и переход на трёхдневку).

По итогам мая 2026 года работодатели разместили в Петербурге более 64 тыс. вакансий, а медианная предлагаемая зарплата составила 92,5 тыс. рублей. При этом большинство позиций рабочих профессий предлагают зарплату в 2,5–3 раза выше медианной по стране — и лидирует здесь не IT-специалист, а представитель рабочей профессии — сварщик.