В библиотеках вводят спецхран для книг иноагентов

На Петербургском международном юридическом форуме 25 июня замминистра культуры Жанна Алексеева рассказала, как российские библиотеки будут работать с книгами авторов-иноагентов и «деструктивной» литературой. Она подчеркнула, что отрасль культуры действует в соответствии с указом президента № 809 о традиционных ценностях, а библиотеки — ключевой инструмент этой политики. В стране насчитывается более 40 тысяч библиотек, их посещаемость ежегодно растёт на 6–10%, поэтому через них государство регулирует, какую литературу читатель видит в первую очередь.

Сотрудники библиотек обязаны постоянно отслеживать обновления Единого реестра иностранных агентов Минюста: как только появляется новый иноагент, они проверяют наличие его книг в фондах и переводят такие издания на особый режим хранения. Алексеева подчеркнула, что речь не идёт о полном изъятии книг — Минкульт внедряет систему ограниченного доступа, опираясь на федеральный закон № 436-ФЗ о защите детей от вредной информации.

Литература, созданная иноагентами или с их участием, приравнивается к продукции категории «18+». В детских отделах её держать запрещено, а в общедоступных библиотеках такие книги должны находиться в отдельном помещении или в закрытом шкафу под контролем сотрудника. Если отдельного помещения нет, издания размещают на специальном стеллаже рядом с рабочим местом библиотекаря. Выдают их только читателям старше 18 лет и исключительно по запросу. В электронных и карточных каталогах обязательно указывается, что материал создан или распространён иностранным агентом.

Фонды общедоступных библиотек сейчас не пополняются книгами иноагентов — это жёсткое правило, закреплённое методическими рекомендациями Минкульта. Использовать такие произведения на книжных выставках и культурно-просветительских мероприятиях тоже запрещено. Библиотеки живут в режиме непрерывного мониторинга: сотрудники следят за реестром и оперативно перемещают издания из открытых стеллажей в контролируемые зоны. Прямого указания на списание или утилизацию таких книг пока нет, речь идёт именно об ограничении доступа.

Особое внимание Алексеева уделила так называемой «деструктивной» литературе, которая массово поступила в региональные библиотеки через зарубежные фонды, в том числе через признанный в России нежелательной организацией фонд Сороса. Российская государственная библиотека имени Ленина уже создаёт закрытое хранилище для таких книг — прежде всего в исторических регионах, куда они завозились большими партиями. Участие иноагента в издании может быть разным: от полного авторства до одной статьи или иллюстрации, поэтому сейчас вырабатываются подходы, что отправлять в спецхран, а что оставлять в режиме ограниченной выдачи. При этом сама по себе принадлежность книги к поставкам зарубежных фондов не означает автоматического статуса иноагента — его присваивает Минюст, и библиотеки руководствуются только реестром.

За последние пять лет из федерального бюджета на закупку книг для библиотек выделили более 3 млрд рублей. На 2026 год на комплектование предусмотрено 875 млн рублей. Минкульт рекомендует направлять более 40% этих средств на детскую литературу. На базе Национальной книжной платформы запущена система мониторинга с рекомендательными списками, куда входят классика, современные российские авторы, патриотические и исторические издания. С 2026 года расходование субсидий на закупки будет привязано к этим спискам — от библиотек ожидают выбора «литературы высокого качества», соответствующей законодательству и не связанной с иноагентами.

Петербургское Законодательное собрание поддержало законопроект, вводящий особый порядок обращения с книгами иноагентов в библиотеках. Документ фактически легитимирует перевод части фондов в режим закрытого хранения по образцу советского спецхрана. Для городской сети библиотек это означает двойную нагрузку: нужно маркировать и переставлять уже имеющиеся издания в закрытые зоны или под присмотр сотрудников и одновременно перестраивать закупки с оглядкой на рекомендательные списки Минкульта.