Женщина с птичкой и розовыми чемоданами в парке: история Елены

В парке под окнами ЖК «Два ангела» на скамейке уже больше трёх недель живёт женщина. Она держит при себе два розовых чемодана, плюшевую птичку и комнатную розу в горшке. На скамейке лежит записка: «Вещи находятся вместе с хозяйкой, просьба не забирать».

Женщину зовут Елена, она редко говорит с людьми, замкнута, не начинает общение первой и неохотно отвечает на вопросы. Соседи вызывали скорую, полицию и социальные службы, но все попытки помочь упираются в отказ самой Елены. Медики не нашли оснований для госпитализации, так как она не опасна для себя и окружающих, хотя предположили признаки тяжёлой депрессии.

В полиции Елена предъявила документы, повода для задержания не нашли. Она говорила, что у неё родственник в Москве, который должен её забрать, но, по всей видимости, его нет. От предложения переехать в хостел она также отказалась.

Известно, что Елене 41 год, она приехала в Петербург из Череповца. Работала в сфере IT. У неё есть сотовый телефон и пауэрбанк. В Череповце живёт её 75-летняя мать, которая не может приехать из-за проблем со здоровьем. Мать рассказала, что у Елены умерли отец и брат, а также были суицидальные попытки и депрессия.

На вопросы о причинах своей ситуации Елена не ответила, застенчиво улыбалась. Она сказала, что не нуждается в помощи и устала от навязчивого внимания. О социальных службах отозвалась с неприязнью. На вопрос, давно ли она живёт в парке, ответила, что не живёт, а проводит время, чтобы «привести мысли в порядок». Она также заметила: «Разве что самой себе, в 2018-й или в 2016 год. Сказать, чтобы семь-восемь лет жизни не прошли впустую». Елена не любит ароматизированные сигареты, а из духов предпочитала «Ангел и демон» от Guerlain.

Свою плюшевую птичку, серую киви с длинным носом и полосатым шарфиком, она называет Кивичкой и часто обнимает. Комнатная роза в горшке чахнет, но Елена заботится и о ней. На вопрос о планах на осень и холода она ответила, что так далеко не загадывает.

Юридически ситуация Елены представляет собой правовой вакуум. Бродяжничество для взрослых в России не является преступлением. Уголовная ответственность есть только за вовлечение в него несовершеннолетних. Законопроект, предлагавший арест до двух месяцев, был раскритикован около десяти лет назад. Поэтому полиция не может её задержать, так как она просто сидит с чемоданами и не нарушает порядок.

Система социальной помощи бездомным в Петербурге основана на добровольности. Служба «Социальный патруль» может предложить ночлежку, пункт обогрева (17 стационарных и 7 передвижных), помощь с документами или работой, но принудительно забрать человека нельзя.

6 июля к Елене приезжал сотрудник городского Центра учёта и социального обслуживания граждан без определённого места жительства, 7 июля — представители «Благотворительной больницы». От всех предложений она отказалась.

В комитете по социальной политике Петербурга сообщили, что специалисты центра несколько раз выезжали к Елене, установили контакт с ней и её матерью, оказывают сопровождение. Пока женщина отказывается от помощи, не проявляет агрессии. Власти просят не пугать её пристальным вниманием и обещают оказать необходимую помощь, когда она будет готова.

Руководитель «Благотворительной больницы» Сергей Иевков рассказал, что познакомился с Еленой поверхностно, угощал её чаем и принёс спас-одеяло, но она ничего не взяла. «Мы не стали настаивать, положили все на скамейку и ушли. Местным жителям посоветовали продолжать её оберегать, не выгонять, приносить еду и тёплые вещи. Она интегрирована в местную среду: ходит в туалет в кафе, покупает еду и сигареты. Как врач я вижу, что она нуждается в помощи. Она легко одета: тонкое ситцевое платье, голые ноги, хотя сверху пальто, но на коже видны мурашки. Бездомные часто болеют пневмонией, и если она начнёт кашлять или у нее поднимется температура, она вряд ли вызовет скорую сама. Поэтому мы будем её проведывать раз в неделю или в две. Она не употребляет алкоголь, ведёт себя адекватно, но замкнута. Что-то должно произойти: либо она пойдёт на контакт с женщинами-психологами, либо проявится психиатрическая симптоматика — бредовое или шизотипическое расстройство. Если она начнёт бредить или станет беспомощной — тогда возможна принудительная госпитализация».

Закон «О психиатрической помощи» допускает госпитализацию без согласия при тяжёлом психическом расстройстве, если:

• состояние создаёт непосредственную опасность для человека или окружающих;
• человек не может самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности;
• существует риск существенного вреда здоровью из-за ухудшения психического состояния, если оставить его без помощи.

Ещё одно основание — активная и заразная форма туберкулёза. Ежегодно в Петербурге через суд подаётся около 70 таких исков. Если таких показаний нет, принудительная госпитализация невозможна.

В случае Елены все условия для принудительного вмешательства пока отсутствуют: помощь предлагается, отказ зафиксирован, прямой угрозы жизни и здоровью нет. Она останется на скамейке, пока не согласится на помощь или её состояние не ухудшится. Однако на практике существует другой путь: во время заморозков психиатрическая бригада может обосновать госпитализацию тем, что человек не осознаёт опасности из-за бредового расстройства или органического поражения мозга.

Сергей Иевков подтверждает, что такой подход срабатывал зимой: «Зимой мы часто таких людей госпитализировали по таким основаниям. А потом появлялись и летние кейсы, когда мы наблюдали человека на протяжении двух-трёх месяцев, фиксировали его состояние и могли чётко обрисовать дежурному психиатру картину: неделями сидит в одной позе, не укрывается от дождя и зноя, худеет. Не хотелось бы дожидаться холодов, но, если поведение Елены не изменится, будем действовать „по накоплению“ фактов».

Случай Елены не единственный. «Благотворительная больница» наблюдает несколько таких женщин: слепую, которая два года жила на Витебском вокзале и была госпитализирована после падения на рельсы (диагностирована деменция); женщину с Украины с бредовым расстройством, которая ждёт «межгалактическое такси» в Киев; женщину в пяти куртках на Думской, которая уверена, что скоро получит жильё; и ещё одну пожилую бездомную с деменцией, постоянно перетаскивающую сумки.

Специалисты отмечают, что частой причиной женской бездомности становится домашнее насилие или психологическая травма, связанная с утратой близкого.

В комитете по соцполитике рассказали о работе Центра учёта: получив информацию о человеке на улице, сотрудники выезжают на место, психологи выясняют ситуацию и составляют индивидуальный маршрут. Они могут вызвать скорую или психологическую помощь, но человек вправе отказаться. При согласии центр помогает с восстановлением документов, поиском родственников, предоставляет временное жильё. Отклонения здоровья оцениваются только медицинскими учреждениями.

По данным комитета, в 2025 году 673 гражданина без определённого места жительства получили социальные услуги. Из них 469 человек — в полустационарной форме свыше четырёх часов, 88 человек — в стационарной форме при временном проживании, 1156 человек получили срочные социальные услуги.