KGallery представляет миф об оттепели на выставке «Долгая счастливая жизнь»

Кураторы галереи KGallery сознательно дистанцировались от очередного глубокого анализа «оттепели», сосредоточившись вместо этого на чертах эпохи, которые глубоко проникли в отечественную культуру и остаются востребованными. Выставка «Долгая счастливая жизнь» напоминает погружение в жизнеутверждающий миф, почти такой же солнечный, как реальность в сериале «Оттепель».

С чем ассоциируется «оттепель»?

Для российской истории период с 1953 по 1968 годы стал временем невероятно плотной концентрации ключевых культурных явлений. Из них выросли разветвлённые мифы — ситуация, схожая с долгим осмыслением девяностых, которое общество продолжает уже четверть века.

Сложно определить, когда именно в российском мейнстриме сформировался современный образ «оттепели». Возможно, после мечтательного сериала Валерия Тодоровского «Оттепель» 2013 года, или после масштабной выставки в Третьяковской галерее в 2017 году. Музейные работники и кинематографисты одновременно уловили зрительский интерес: ещё в 2013 году Семён Михайловский курировал в Музее Академии художеств выставку «Советский неореализм. 1953–1968», которая открыла дорогу многим последующим проектам, включая «Образы счастья» 2023 года.

Третьяковская галерея планировала трилогию выставок, но из трёх задуманных состоялись только две — «Оттепель» и «Ненавстоявшимся периодом, проект о перестройке так и не был реализован, что некоторые расценивают как мрачный символ. Полярность восприятия эпохи позже зафиксировали проекты «Тёмная оттепель» и «Светлая оттепель» в Центре Вознесенского.

Таким образом, миф об оттепели уже усложнился и прочно вошёл в мейнстрим, поэтому перед командой KGallery стояла непростая задача. Кураторы решили не вступать в полемику о серьёзных, многословных интерпретациях. «Долгая счастливая жизнь» содержит отсылки к выставке в Третьяковке, но больше всего напоминает калининградский частный музей «Дом китобоя», открывшийся в 2021 году и ставший популярным благодаря иммерсивности, вниманию к деталям и акценту на частной жизни.

О чем получилась выставка в KGallery?

Кураторы Ксения Бендина и Мария Романенкова стремились показать, что привлекает в «оттепели» современных молодых людей, которые не застали то время. По результатам их исследований, это внимание к частной жизни, культ чтения, вовлечённость в культурные события несмотря на бытовые трудности и восприятие города как безопасного «своего» пространства. Выставка также демонстрирует, что «оттепель» — это и модный дизайн: бюро «Katarsis» оформило пространство, используя светлое дерево, сложные приглушённые цвета, создавая камерную и соразмерную человеку атмосферу.

Если в центре выставки «Оттепель» в ГТГ был белый круг, символизирующий площадь Маяковского, то в KGallery тоже есть площадь и даже триумфальная арка, но логика экспозиции линейная, а не центрическая.

Как устроена выставка?

Посетитель движется по залам в компании вымышленного молодого человека эпохи Коли Конькова, отрывки из «дневника» которого, созданные при участии Евгения Водолазкина, представлены в каждом зале.

Первый зал имитирует пространство коммуналки с перегородками и длинным столом, который их прорезает. «Первый зал напоминает тотальную инсталляцию, и посередине вы видите стол, — объясняет сокуратор Ксения Бендина. — Я здесь вспоминаю фильм „Москва слезам не верит“, в котором на свадьбе одной из героинь стол протягивали через несколько комнат. В промежутках между перегородками у стены стоят газовые плиты, и та, что в центре, принадлежала Иосифу Бродскому. На самом столе мы разместили любительские фотографии, которые нашли на разных ресурсах и которые отражают частную жизнь периода „оттепели“».

Выходя из «коммуналки», зритель видит карандашный портрет Регины Збарской работы Льва Збарского 1960-х годов из собрания Константина Эрнста. Многие свяжут этот образ с сериалом «Красная королева» 2015 года о судьбе советской манекенщицы.

Далее маршрут ведёт на знаковые культурные события:

• в Эрмитаж на выставку Пикассо (1956–1957),
• в БДТ на спектакль «Идиот» с Иннокентием Смоктуновским (1957),
• на «Вечер творческой молодёжи Ленинграда» в Доме писателя (1968), где выступал Иосиф Бродский.

«Нам казалось, что когда Пикассо привезли в Эрмитаж, все были этому рады, — рассказывает Ксения Бендина. — Однако в Эрмитаже хранится книга отзывов о выставке, и это очень любопытное чтение. Судя по отзывам, многим зрителям выставка не понравилась — Пикассо считали „странным“, писали, что это „не советское“ искусство и что такое нельзя выставлять в музее. Тем не менее влияние выставка оказала колоссальное — многие советские художники, увидев работы Пикассо, изменили свой стиль».

На выставке также можно увидеть букинистические издания, предоставленные магазином «Академия», и книги из коллекции Александра Гачкова, включая «тамиздатовского» Набокова. После условной триумфальной арки и «посещения» БДТ зритель попадает в «рюмочную» с литографиями Виктора Вальцефера из серии «Новый район» (1967), а затем — на «площадь» с фрагментом памятника поэту Геннадию Шпаликову. Именно его фильм дал название выставке. «Долгая счастливая жизнь» (1966), как и многие фильмы того времени, говорит о мимолётности счастливых моментов.

В последнем зале кураторы показывают контраст между «светлой» и «тёмной» оттепелью, аналогично проектам в Центре Вознесенского. «Светлую» сторону представляют литографии Милицы Чарнецкой, Веры Матюх, Валентина Бродского, а «непарадную» — более суровые работы Михаила Шемякина и других художников.

«Долгая счастливая жизнь» — это попытка уйти от споров о «правильном» изображении эпохи, которая жива в памяти современников. Вымышленный дневник Коли Конькова не заменит подлинных воспоминаний, но выставка удачно и привлекательно представляет миф об оттепели для новой аудитории.