Почему мы боимся ЕГЭ и нужен ли он на самом деле

1 июня в Самаре после сдачи ЕГЭ по истории одной из выпускниц стало плохо. Девушке вызвали скорую и доставили в больницу с подозрением на инсульт. В социальных сетях и родительских чатах мгновенно разнеслась паника: «ЕГЭ убивает!». Однако в Министерстве образования региона сообщили, что инсульт не подтвердился — у школьницы проявилась аллергическая реакция на шоколад, съеденный на голодный желудок. Уже 4 июня девочка самостоятельно пришла на следующий экзамен.

Этот случай обнажил парадокс: с одной стороны, он заставил вновь говорить о цене экзаменационного стресса, с другой — не стал доказательством опасности самого ЕГЭ. Проблема, по мнению экспертов, не в тесте, а в том, как к нему готовят и как его воспринимают.

Писатель и преподаватель Наталья Урбанская, называющая себя «укротителем зверя по кличке ЕГЭ», считает, что страх перед экзаменом преувеличен. Она предлагает своим ученикам (от отличниц до троечников и ребят с ОВЗ) сравнить ЕГЭ с советскими выпускными экзаменами, где нужно было сдавать до семи предметов устно и письменно. «Никто не хочет так, как раньше, — смеётся Урбанская. — Но все удивляются. И страх уходит».

Официальная позиция Министерства просвещения сводится к тому, что ЕГЭ — единственная действенная страховка от коррупции и неравенства при поступлении. Без него вузы вернулись бы к собственным экзаменам, что поставило бы в невыгодное положение школьников из отдалённых районов. Кроме того, за 20 лет формат эволюционировал: от простого выбора ответа перешли к заданиям, проверяющим аргументацию и логику.

Руководитель академического отдела онлайн-школы «100-балльный репетитор» Айдар Шарифьянов отмечает, что для большинства семей ЕГЭ — это предсказуемый и понятный механизм. «Родители понимают правила игры, дети знают, как строить подготовку, а школы умеют работать в существующей модели», — говорит он. При этом Шарифьянов признаёт главную боль: школа сместила фокус на русский и математику, а остальные предметы стали второстепенными. Однако отменять из-за этого экзамен, по его мнению, «всё равно что убить рояль за фальшивую ноту».

Педагог-психолог Елена Студенова видит минус ЕГЭ в фатальности: «Когда от одного экзамена зависит будущее, дышать становится тяжело. Да, формат учит собранности и тайм-менеджменту. Но хватает ли этого для жизни? Экзамен — лишь этап. Главное — вырастить человека, который умеет думать, а не просто отвечать».

Пример того, что неудача на ЕГЭ не ставит крест на судьбе, — история Карины Файзуллиной, сегодня PR-директора. Будучи призёром всероссийской олимпиады, она не добрала один балл до проходного порога в 75 (что давало бы ей 100 баллов). Апелляция не помогла. Но девушка поступила в региональный вуз на бюджет, через год перевелась в Москву на желаемую специальность, окончила магистратуру МГУ, стажировалась в Европе. «К ЕГЭ нужно готовиться, но не отчаиваться, если не получится. У всего есть год спустя. Результаты ЕГЭ не предопределяют судьбу», — уверена Карина.

Заместитель председателя оргкомитета олимпиадной математики «Школково» Виктория Белова (сама поступившая без экзаменов) считает, что ЕГЭ необходим как прозрачный механизм для большинства, но не выявляет гениев — для этого существуют олимпиады. «ЕГЭ — это база. А мы, олимпиадники, — бонусная программа», — поясняет она.

История с самарской девочкой и шоколадом, по мнению опрошенных, — идеальная иллюстрация «синдрома фантомной угрозы». Как заметила одна из мам: «ЕГЭ опасен не своими заданиями, он опасен культом катастрофы, который мы сами вокруг него выстроили».

Подводя итог, можно выделить бесспорные плюсы ЕГЭ:

• он даёт шанс школьникам из небольших городов и сёл, чьи родители не могут «договориться» с руководством вуза;
• компьютерная проверка исключает взятки и субъективность;
• сам процесс готовит к стрессовым ситуациям во взрослой жизни.

Ошибки, которых следует избегать:

• создание вокруг ЕГЭ атмосферы фатального провала и тревоги;
• замена живого преподавания натаскиванием на шаблоны;
• запугивание детей вместо поддержки.

Как говорит Наталья Урбанская: «Не бойтесь зверя. Просто поймите: ваши бабушки сдавали по семь экзаменов подряд и бегали кросс. И ничего. Живы. А тут — всего лишь тест. Соберитесь. Улыбнитесь. Это пройдёт».