Рынок труда теряет доброту: охлаждение и сдвиги

После напряжённой ситуации 2022 года стало очевидно, что экономике требуются далеко не все специалисты. Лозунг «кадрового голода» сменился волной сокращений и оптимизаций, затронувших даже крупнейших игроков.

Сокращение рабочих мест: данные по скрытой безработице

Летом 2025 года президент Владимир Путин заявил об увеличении скрытой безработицы. Число работников в простое, на неполном дне или под риском увольнения выросло почти вдвое: с 98 тысяч в начале года до 199 тысяч в августе.

Снижение количества рабочих мест замечают не только те, кто долго ищет работу, но и наблюдатели, следящие за новостями. Картина за последние полгода складывается неутешительная.

«Очевидно, что разные хозяйствующие субъекты испытывают сейчас много проблем — даже те, у кого есть развитие, — говорит доктор экономических наук Дмитрий Чернейко. — Если говорить о значительном сегменте экономики — это охлаждение, причем очень серьезное. Поэтому вы слышите, что на предприятиях сокращаются рабочие места, рабочая неделя — эти процессы уже начали проявляться на поверхности. При том, что наш работодатель обычно очень любит сотрудников и просто так на сокращения не идет».

Цифры охлаждения рынка труда

По данным hh.ru, с начала 2026 года работодатели в Петербурге разместили 135 тысяч вакансий, что на 28% меньше, чем за аналогичный период прошлого года. Аналитики указывают, что речь не о тотальном охлаждении, а о естественной стабилизации и качественной трансформации: акцент смещается с формального стажа на реальные компетенции.

Согласно информации портала «Работа в России», с 1 января по 1 апреля 2026 года в Петербурге опубликовали 15,3 тысячи вакансий. Средний срок закрытия составил 27 дней, а средняя предлагаемая зарплата — 75 тысяч рублей.

Росструд фиксирует, что напряжённость на рынке труда в Петербурге выше федеральной. На 1 марта 2026 года на чуть более 10 тысяч безработных приходится 29 тысяч вакансий. По стране разрыв больше: 1,5 миллиона предложений от работодателей на 301 тысячу безработных.

Ключевые тенденции: что происходит?

Текущая ситуация характеризуется тремя явлениями:

• безработица находится на историческом минимуме;
• число активных вакансий уменьшается;
• сотрудников сокращают, причём многие случаи не попадают в официальную статистику. 34% компаний признались, что в 2025 году не продлевали срочные договоры с 5-10% персонала, как отмечают в СПбГЭУ.

Противоречивые тенденции объясняются, в первую очередь, региональным разрывом.

«Кадровый голод остался, но он ушёл в регионы и „синие воротнички“. В Москве и Петербурге число вакансий упало на 12-15% (финиш субсидий по IT-ипотеке, сворачивание офисов западных брендов). В городах-спутниках оборонки (Тула, Ижевск, Челябинск) — спрос на токарей и операторов ЧПУ вырос на 30-40%, заработная плата превышает офисную на 20-30%», — объясняет кандидат экономических наук, доцент кафедры социологии и управления персоналом СПбГЭУ Ольга Попазова.

Ситуация также сильно зависит от отрасли:

• Бигтехи — охлаждение. Завершился найм «head warmers» — сотрудников, создающих видимость деятельности. Тестировщиков и специалистов поддержки заменили ИИ-агентами. Проведены «тихие сокращения» до 8-10% штата в непрофильных подразделениях при одновременном найме ML-инженеров.
• Сфера услуг — стабилизация. Роботизация складов сократила потребность в 15% комплектовщиков, но в 2026–2027 годах ожидается рост спроса на курьеров.
• Промышленность, особенно оборонная — перегрев. Существует высокий спрос на рабочие руки, однако в перспективе рынок упрётся в зарплатный потолок из-за физического дефицита кадров.

«Вердикт — это не охлаждение перед кризисом, это структурная трансформация. Рынок труда перестал быть добрым к „просто офисным работникам“ и остался злым и голодным в реальном секторе. Если вы не токарь на станке с ЧПУ в ОПК и не разработчик ИИ — для вас стагнация. Если вы токарь — у вас рынок соискателя на ближайшие 5 лет», — считает Ольга Попазова.

Причины поворота на рынке труда

В 2022 году экономика перестраивалась из-за ухода иностранных компаний и изменения логистических цепочек, что спровоцировало массовый найм «про запас».

Ольга Попазова отмечает, что поворот связан не с внезапным окончанием денег или страхом санкций. В конце 2025 — начале 2026 года синхронно подействовали четыре фактора:

• Деньги перестали мотивировать. В 2022-2024 годах за сотрудников боролись через зарплаты, что привело к росту фонда оплаты труда на 25% при росте производительности на 3% в строительстве. Спрос на людей рухнул, компании стали внедрять ИИ, автоматизацию и аутсорсинг.
• Ставка ЦБ и сворачивание «пузыря субсидий». Кредиты стали менее доступными для малого и среднего бизнеса, что сократило количество новых проектов и, соответственно, найма.
• Завершение «буфера безопасности». В 2022–2023 годах персонал держали «про запас» на случай изменений. К 2026 году иностранные бренды ушли окончательно, а импортозамещение подошло к концу.
• Демографическая «яма» превратилась в пропасть. По прогнозам, в 2026 году численность трудоспособного населения сократится на 600-700 тысяч человек из-за выхода на пенсию поколения 60-х и прихода малочисленных зумеров.

Дмитрий Чернейко, напротив, указывает, что доля людей трудоспособного возраста, которые работают и платят налоги, сейчас одна из самых высоких в истории России. Существующий дефицит носит институциональный характер и не связан с физической нехваткой людей.

Радикально изменилась сама структура занятости.

Сложность современного рынка труда

Дмитрий Чернейко подчёркивает, что современный рынок труда в России значительно сложнее, чем в РСФСР, при сопоставимом количестве работающих. Раньше существовало около 200 тысяч хозяйствующих субъектов, включая сады, школы и предприятия. Сейчас, с учётом ИП и малых предприятий, их около 15 миллионов. При этом выбор сотрудников сократился примерно вдвое из-за ухода работников в самозанятость или ИП. Рынок усложнился на два порядка, а система управления осталась прежней, оставив значительную долю людей вне трудовых отношений.

Был ли рынок соискателя в прошлом?

Существование безоблачного рынка соискателя, где работник диктует условия, ставится под сомнение. Вячеслав Якубенко считает, что в Петербурге обилие вакансий в IT-сфере могло создать иллюзию всеобщего благополучия.

Ольга Попазова называет рынок соискателя «глубоко сегментированным мифом». Высокие зарплаты и условия доставались рабочим и топовым IT-специалистам, а юристы и экономисты оказались в ловушке из-за перепроизводства вузов. «HR-сообщество и либеральные экономисты, сидящие в модных коворкингах Москвы, просто не замечали 80% рынка труда — заводы, склады, стройки, ЖКХ, бюджетную сферу. Для 70% это был маркетинговый шум, прикрывающий стагнацию зарплат и рост требований», — говорит она.

В 2026 году конкуренция на рядовую должность в госсекторе с зарплатой 40-50 тысяч рублей превышает 50 человек на место.

Динамика зарплат в 2026 году

Центробанк констатировал ещё летом, что рынок стал менее благоприятным для соискателей. Доля компаний, планирующих сокращения, выросла почти вдвое, а доля тех, кто намерен повышать зарплаты, снизилась. Ожидания роста оплаты труда за 2025 год в целом упали с 84% до 71%, а медианная оценка ожидаемого роста снизилась с 8,4% до 5,3%.

В hh.ru сообщили, что компании пересматривают структуру фонда оплаты труда. Медианная зарплата в Петербурге за год выросла на 6%, достигнув 92 500 рублей.

Ольга Попазова отмечает, что в 2023–2024 годах темпы роста зарплат достигали 15-20% для рабочих специальностей и 10-12% для офисных. В 2026 году номинальный рост замедлился до 6-7%, что ниже уровня инфляции. Реальные зарплаты офисных сотрудников снизились на 1-2%.

Работодатели перестали индексировать зарплаты молодым сотрудникам, предлагая прибавки рабочим, инженерам и топ-менеджерам. Для остальных нижняя граница зарплатной вилки на 10-15% меньше, чем год назад.

Перспективы на ближайшие годы

В 2026–2027 годах продолжится автоматизация и вымывание среднего звена — администраторов, младших бухгалтеров и немедийных юристов. Кадровый голод сохранится только для тех, кто может работать руками, головой и железом одновременно, например, для инженеров-робототехников.